14 августа 2022  22:36 Добро пожаловать на наш сайт!
Поиск по сайту

Интервью газете

22.07.20



- Как сложилась жизнь Вашей семьи по возвращении в Нарву в 1957 году? Куда отец

устроился на работу?

По возвращении в Нарву в 1957 году отец устроился на работу в городской Дом культуры, городской Дом пионеров, Детский клуб имени Амалии Крейсберг и в клуб  Ивангородской ГРЭС. Жили мы в Кренгольских казармах в однокомнатной квартире, вернее комнате, где кроме нас троих жили мама моей матери и тетушка, моя крестная мать.

 

- Долго ли проработал отец до пенсии?

Отец работал постоянно, практически без выходных, так как все спектакли и разного рода культурные мероприятия, которые он проводил и организовывал, проходили по выходным дням. В марте 1964 года. на 61 году жизни, он вышел на пенсию.

 

- Когда он начал работу над своими мемуарами?

 Работы над мемуарами начал в 1964 году и закончил в 1966 году, а в конце 60-х, начале 70-х годов, получив новые исторические материалы, переработал мемуары  вторично.

 

- Делился ли он воспоминаниями о прожитых в заключении моментах или разговоры о том времени были табу для семьи и знакомых?

Разговоры о том времени табу для семьи не были, но вспоминались редко и случайно, под воздействием обстоятельств внешней и внутренней политики СССР.

 

- Мешало ли ему в последующей жизни клеймо бывшего заключенного?

Клеймо политического заключеного конечно влияло, особенно на первых порах приезда в Нарву и устройства на работу в учреждения культуры и детские учреждения, что было описано в мемуарах при устройстве на работу режиссером пионерского театра городского Дома пионеров

 

- Какую печать на характер и поведение наложили годы, несправедливо проведенные им в заключении? Стало ли хоть отчасти бальзамом решение о его реабилитации?

Да, конечно, годы, проведенные в Вятлаге и на Крайнем Севере, наложили свою печать не только на характер, но и на здоровье отца. Характер стал более раним и вспыльчив, что зачастую мешало профессиональной деятельности. Отмороженные ноги не давали покоя до конца жизни, а полученный в лагерях порок сердца  послужил  причиной смерти. Решение Верховного Суда Эстонской ССР о том, что мой отец не занимался антисоветской деятельностью и ни в каких контрреволюционных организациях не состоял, позволило вести нормальный образ жизни и заниматься любимым делом как среди детей, так и среди взрослых.

 

- Что можете сказать о Вашем отце в том плане, каким он был семьянином и отцом?

Отец был примерным семьянином и отцом. Всё свое свободное время, которого у него было не много, отдавал семье и моему воспитанию. Неизвестно, как бы сложилась моя судьба, если бы не твердость его характера и постоянный контроль над моим поведением (не забывайте, что 3 года я провел в детских домах, дисциплина в которых оставляла желать лучшего).

 

-        Алексей, для тех наших читателей, которым не довелось прочитать во всей полноте мемуары Степана Владимировича, расскажите немного о своей маме, его супруге. Где они познакомились, чем она занималась и почему вы оказались в детском доме?

- Моя мама, девичья фамилия Богданова, родилась и всю жизнь прожила в Нарве. Её отец Иона Богданов – служил при Нарвском  Свято-Преображенском соборе  и семья жила в церковном приходе. В тяжелые времена Гражданской войны Иона был и старостой, и ключником, и прислуживал, пел вместо хора и вообще содержал все службы собора. Отец с матерью познакомились в конце 40-х, когда она участвовала в постановках отца. Тогда же они решили связать свои судьбы. Когда отца осудили на высылку, мать, прихватив меня, последовала за ним. Мама была глубоко религиозным человеком, за что и поплатилась в 1953 году, когда она, как участник в контрреволюционной религиозной организации была осуждена по 58 статье на 25 лет лишения свободы. Мы в то время жили в Дудинке и из Дудинки, маму этапировали в Норильск (как в песне: … и меня два здоровых охранника повезли  из Сибири в Сибирь). Отец, тоже будучи ссыльным, и находясь круглые сутки на работе, не мог осуществлять воспитание такого сорванца, как я. После того, как я чуть не утонул в Енисее весной 1953 года, было решено отправить меня в детский дом. А когда мать реабилитировали (после смерти Сталина), отец забрал меня из детдома, о чем он написал в мемуарах.

- Самый яркий момент из Вашего детства нарвского периода?

Из моего, лично моего, детства нарвского периода яркие моменты:

  1. 1957 год. Костер на Ратушной площади и патроны (кстати, найденные в разрушенных подвалах или выкопанных тут же в горах щебня и мусора), которые мы в него бросали, получая взрывы пороха, чем ярче и громче, тем лучше.
  2. 1960 год. Занятия гимнастикой в 3-й школе под руководством  Файка Махмудовича Эфендиева и нарвский корреспондент, снимающий наши прыжки и делающий репортаж для газеты.
  3. 1963г. Финиш велосипедной гонки в честь Мазика Казимира по большому кругу (Нарва-Усть-Нарва-Синимяэ-Ольгино-Нарва)  на Петровской площади (Занял какое-то призовое место)

 

- С какими семьями и известными людьми Нарвы дружила ваша семья? Кто для него был уважаемым и достойным человеком? Кто принял живое участие в его судьбе, в решении возможных проблем Вашей семьи?

Наша семья дружила семьями Вейсов, Кругловых, Румянцевых из Нарвы, с Сергеем Исаковым из Тарту, со многими семьями из Принаровья и многими участниками отцовских спектаклей, поставленных в довоенный период. Все они были уважаемыми и достойными людьми. Живое участие в судьбе отца, по моим скромным воспоминаниям, принял Владимир Румянцев и его семья. Наши прогулки в сторону ул Раквере, зачастую заканчивались в гостях у этой дружной семьи

 

- По всей видимости, он сильно подорвал здоровье на тяжелых работах, как это отразилось на его дальнейшей жизни?

Я уже сказал о обмороженных на лесоповале ногах и сердечных пороках, полученных на Крайнем Севере.

 

- Как закончился жизненный путь Вашего папы, чья история стала уже известной и близкой многим нарвитянам?  

После  выхода на пенсию, отец не оставил  свою сценическую и репортерскую деятельность. На государственных праздниках и круглых датах помогал с постановками и ставил сцены с действующими артисками нарвских Домов культуры. Постоянно сотрудничал с редакцией газеты «Нарвский рабочий», предоставляя материалы, отражающие культурные события города.  Практически до конца своих дней он не бросал перо и восстанавливал в своей памяти как прошедшие, так и действующие культурные очаги в нашем городе и республике.

-        Постоянные читатели нашего издания время от времени звонят в редакцию или приходят лично, чтобы узнать, можно ли где-то приобрести книги Степана Рацевича. Продаются ли эти книги сегодня, планируется ли их переиздание, есть ли они в библиотеках, на каких сайтах размещены в Интернете?

-        Книги отца выложены на сайте в Интернете по адресу: https://www.russian-albion.com/ru/stepan-ratsevich/ Купить бумажное издание книги можно в книжных магазинах Нарвской фирмы «Синоним», в Эстонской государственной торговой сети «Еести раамат»,  в кассе Нарвского городского музея Переиздание пока не планируется.

 

     

В Дудинке 1956г.

Свернуть