21 марта 2019  13:59 Добро пожаловать на наш сайт!
Поиск по сайту

Джонотан Свифт


 

Андрей Кончаловский

«Меня глубоко удивило, в каком заблуждении держат мир продажные писаки, приписывая величайшие военные подвиги трусам, мудрые советы — дуракам, искренность — льстецам, римскую доблесть — изменникам, набожность — безбожникам, правдивость — доносчикам. Я узнал, сколько невинных и превосходных людей было приговорено к смерти или изгнанию вследствие происков могущественных министров. Сколько негодяев возводилось на высокие должности, облекалось доверием, властью, почетом и осыпалось материальными благами. Какое невысокое мнение сложилось у меня о человеческой доблести, мудрости и честности, когда я получил правдивые сведения о пружинах и мотивах великих событий и переворотов, и о тех ничтожных случайностях, которым они обязаны своим успехом…»
*

«… При выборе кандидатов на любую должность больше внимания обращается на нравственные качества, чем на умственные дарования. Лилипуты думают, что раз уж человечеству необходимы правительства, то все люди, обладающие средним умственным развитием, способны занимать ту или другую должность, и что провидение никогда не имело в виду создать из управления общественными делами тайну, в которую способны проникнуть только весьма немногие великие гении, рождающиеся не более трех в столетие. Напротив, они полагают, что правдивость, умеренность и подобные качества доступны всем и что упражнение в этих добродетелях вместе с опытностью и добрыми намерениями делают каждого человека пригодным для служения своему отечеству в той или другой должности, за исключением тех, которые требуют специальных знаний. По их мнению, самые высокие умственные дарования не могут заменить нравственных достоинств, и нет ничего опаснее поручения должностей даровитым людям, ибо ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общественного блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного уменьем скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им».
*

«… Он не понимал,почему того, кто исповедует мнения, пагубные для общества, принуждают изменить их, но не принуждают держать их при себе.И если требование перемены убеждений является правительственной тиранией, то дозволение открыто исповедовать мнения пагубные служит выражением слабости; в самом деле, можно не запрещать человеку держать яд в своем доме, но нельзя позволять ему продавать этот яд как лекарство».

(Фрагменты из романа Джонатана Свифта «Путешествия в некоторые удалённые страны мира в четырёх частях: сочинение Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а затем капитана нескольких кораблей», 1726-1727).
_______________________________

349 лет назад, 30 ноября 1667 года родился английский писатель ирландского происхождения, философ и общественный деятель Джонатан Свифт (30.11.1667-19.10.1745).
Одна из интересных характеристик Свифта принадлежит перу русского критика Виссариона Белинского (1811-1848 гг.), который одним из первых отметил всемирно историческое значение произведений великого ирландца. Ниже — фрагменты из его статьи о Свифте в газете «Молва» (1833).
_______________________________

«Свифт, бывший приходским пастором, доктором, ректором, проповедником, и что всего выше, английским Рабле (Rabelais), сказал однажды на кафедре пред многочисленным и блистательным собранием: "Есть три рода гордости: гордость происхождение ем, гордость богатством и гордость умом. Я не буду говорить вам о последней: между нами нет никого, кто бы мог упрекать себя в подобном пороке".

… Образ его путешествования происходил от его странного характера: иногда он нанимал для того публичные коляски; но всего чаще путешествовал пешком с книгою в руке. Когда же углублялся дорогою в чтение, то продолжал свой путь до самой ночи, не переставая читать и не останавливаясь ни обедать, ни отдыхать. Однажды, когда он, по своему обыкновению, с служебником в руке, шел пешком из Дублина в Витерфорд, в сопровождении того самого служителя, о котором мы говорили выше, то повстречался с одним старым ирландским господином, жившим по близости того места. Этот господин, не зная Свифта, спросил из любопытства о его имени у слуги, который следовал за ним в некотором расстоянии. Слуга, бывший почти таким же оригиналом, как и его господин, или сделавшийся таковым у него в услужении, отвечал ему: "Это декан Святого Патрика, и я служу ему за мои грехи..." — "Но куда вы теперь идете?" — возразил дворянин... — "Прямо на небо!!" — отвечал служитель. Удивленный дворянин сказал ему, что он его не понимает; тогда сей последний отвечал, не запинаясь: "Однако ж нет ничего яснее: мой господин молится, а я пощусь; куда же, по вашему мнению, как не на небо, приходят с постом и молитвою?" Старый господин отклонил их от сего пути, зазвав доктора Свифта в свой замок.

Когда доктор Свифт посещал в Англии своих друзей, то обыкновенно проводил некоторое время у Попе в Твиккенгаме. Там всякий день, после обеда, он украдкою уходил от компании, для, того чтобы посещать одного лишенного ума человека. Казалось, что он заблаговременно хотел освоиться с тем состоянием, которое некогда долженствовало быть его собственным уделом. Этот великий гений, любивший разговаривать с сумасшедшими, основал гошпиталь для сумасшедших и сам умер сумасшедшим. Он рано узнал о недостатке своего физического сложения и очень философически рассуждал о своем безумии. "Это, — говорил он, — делает стыд не человеку, а природе, и похоже на хороший клинок в худых ножнах". Он не признавал справедливым определение, вследствие которого человек есть разумное животное; а утверждал, что его должно называть rationis capax (способный быть разумным)».

(Виссарион Белинский. «Нѣкоторыя черты изъ жизни доктора Свифта». «Молва» 1833 г., No 48 отъ 22 апрѣля и No 49 отъ 25 апрѣля)
________________________

Кстати, перевод «Путешествий Гулливера» Д.Свифта делал и мой прадед — Петр Петрович Кончаловский-старший (1839-1904). Русский литератор, переводчик, издатель. Я обязательно сделаю в ФБ публикацию об этом удивительном человеке.
_______________________

На фото — портрет Джонатана Свифта (1730) кисти ирландского художника Фрэнсиса Биндона (1690-1765).

Свернуть